Oct. 7th, 2015

gorkybeer: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] dimagubin в Самоучитель олбанского для Кремля: Клемперер, Кронгауз, хипстеры
За работой на кинофестивале, а затем за новой старой работой, потребовавшей сидеть в офисе в Москве (но об этом я попозже расскажу), я как-то забыл, что у меня повыходило изрядно всяких текстов.
Вот вам опубликованное в "Деловом Петербурге" интервью с Максимом Кронгаузом - автором книг "Русский язык на грани нервного срыва" и "Самоучитель олбанского" (Кронгауз - единственный известный мне в России лингвист, пишущий популярные книги по своей теме. С Хомскими и Пинкерами в нашем богохранимом отечестве как-то негусто).
Ниже даю полный текст. И - да! - если кто-то использует интервью как жанр в своей работе, или кому-то вообще интересно устройство интервью, то я только что написал про это устройство книгу. Но чтобы получить экземпляр, нужно стать акционером моего проекта, - в общем, вот здесь подробно изложены все условия. А пока что Кронгауз. И пусть все те милые болонки, что не отгавкались на меня (и отчасти Кронгауза) вот тут, отгавкаются вот здесь!

ПРОСТРАНСТВО СУЗИЛОСЬ, А НЕНАВИСТЬ ОСТАЛАСЬ

Зав. лабораторией лингвистической конфликтологии ВШЭ профессор Максим Кронгауз – о языке пропаганды, девальвации смыслов и грамматическом ожесточении.

- Немецкий филолог Виктор Клемперер, наблюдая за языком нацистской пропаганды, заметил, что она меняет значения привычных слов. В «Языке третьего рейха» Клемперер писал, что слово «героизм» стало означать лишь «способность поставить жизнь на карту», а это есть «у любого драчуна и каждого преступника». При этом из «героизма» начисто исчез смысл служения благу людей.  И хотя любые параллели с Германией 1930-х у нас воспринимаются крайне болезненно, не то же ли самое происходит сегодня? Взять слово «патриот»…
- Прежде чем говорить о параллелях, нужно понять, что за механизм в языке в таких случаях включается. Он называется десемантизацией. Попросту говоря, это опустошение, выхолащивание, девальвация значения. Суть в том, что некоторые слова вдруг неожиданно становятся более частотными, расширяют сферу употребления, но при этом теряют смысл или, по крайней мере, часть компонентов смысла.

- Происходит то же, что со словом «волки!», которое слишком часто кричит пастух?
- Можно и так, но здесь речь не об обмане, а об экспансии слова, как если бы пастух стал называть волками еще и собак. Этот механизм используется в разных сферах. Например, в рекламе. Но десемантизация активно используется и в тоталитарном дискурсе. Это не то чтобы параллель или аналогии между двумя конкретными эпохами. Это стандартный прием, который стандартно используется в стандартных ситуациях. Он очень характерен для советского дискурса, когда выстраивались целые ряды несинонимичных слов, которые стали означать просто положительную или отрицательную оценку. Например: «израильская военщина», «безродный космополит». Точно так же сегодня слова «либерал» и «демократ», которые вообще-то значат разное, используются как ярлыки для определенной группы людей. А слово «фашист» стало главных ругательным, а «патриот» главным положительным. При этом смысл размыт и вымыт.

- Это происходит сознательно или неосознанно?
- Это могут делать и политтехнологи, но чаще это происходит неосознанно. Более того, когда ярлык становится слишком уж очевиден, начинается поиск нового слова. «Демократ» в этом смысле – уходящее слово, а «либерал» – новое. Точно так же рекламщики все время ищут новые положительные слова, чтобы продавать товар. Когда «эксклюзивный» и «элитный» нас затопили, и для «эксклюзивного» был утрачен смысл единственности, а для «элитного» смысл отбора, на смену пришли другие слова. Появились какие-нибудь «квартиры премиум-класса». В рекламе это сознательный процесс. В тоталитарных дискурсах  он может быть сознательным, а может и естественным, это трудноразличимые вещи.

- Клемперер обращал внимание на формальные приемы пропаганды, например, на так называемые иронические кавычки. Враг не может желать добра, поэтому он «желает добра»…
- Да, это другой стандартный прием. Вообще, как определить, что перед нами текст пропагандистский? Чем он отличается от обычного? Прежде всего, обилием оценок. Если текст насыщен оценками, то он, скорее  всего, пытается нами манипулировать. Содержание тогда выхолащивается, превращается во второстепенную вещь. И эти кавычки – способ отрицательной оценки. Просто иногда бывает явная оценка, эксплицитная, а иногда более скрытая, имплицитная. Имплицитная работает сильнее.

- Это описано в последнем романе «Нулевой номер» Умберто Эко. Там главред, объясняя, как отвечать на опровержения, требует опровергающего называть «господин имярек», а не «профессор имярек» и не «доктор имярек». Read more... )

September 2016

S M T W T F S
    123
45678910
1112 1314151617
18192021222324
252627282930 

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 28th, 2017 10:53 am
Powered by Dreamwidth Studios